Приостановление гражданского дела в связи с возбуждением уголовного дела

Приостановление гражданского дела в связи с возбуждением уголовного дела

А. Возбуждение ответчиком параллельного судебного процесса в целях приостановления производства по ранее возбужденному делу

Применительно к гражданскому процессу в литературе отмечается, что «для недобросовестных участников гражданского процесса, заинтересованных в его затягивании и максимальной отсрочке принятия решения по делу, институт приостановления производства по делу является весьма привлекательным, поскольку он позволяет фактически заморозить производство по делу с неопределенным сроком его возобновления. Злоупотребления рассматриваемой группы заключаются в создании видимости обстоятельств, с которыми закон связывает приостановление производства по делу (ст. 215, 216 ГПК)» *(122) . Указанный вывод в целом справедлив и для арбитражного процесса, в котором, как и в гражданском процессе, приостановление производства по делу позволяет надолго отсрочить вынесение ожидаемого стороной нежелательного решения.

Вместе с тем при схожести формулировок ст. 215 и 216 ГПК с формулировками ст. 143, 144 АПК в реальной правоприменительной практике судов общей юрисдикции и арбитражных судов имеются определенные различия в вопросе о необходимости приостановления производства при сравнимых обстоятельствах. Как указывает, например, А.В. Юдин применительно к ходатайствам о приостановлении производства по делу в связи с невозможностью его рассмотрения до разрешения другого дела, рассматриваемого в гражданском, административном или уголовном производстве (абз. 5 ст. 215 ГПК), «зачастую суд удовлетворяет подобные ходатайства, даже если взаимосвязь дел носит несколько натянутый характер. При этом он руководствуется тем соображением, что лучше подстраховаться и перенести рассмотрение дела на более поздний срок, чем рассмотреть его немедленно, но при этом поставить принятое решение под угрозу отмены по мотиву его необоснованности. Лицо, злоупотребляющее правом, заведомо знает о нейтральном характере другого дела по отношению к рассматриваемому. Взаимосвязь двух дел носит искусственный характер» *(123) .

Арбитражные суды, рассматривая ходатайства о приостановлении производства, исходят в своей практике из того, что наличие оснований для приостановления судебного производства должно быть доказано, сторона, заявляющая подобное ходатайство, должна привести действительно весомые аргументы, обосновывающие необходимость приостановления производства. Если ходатайство мотивировано наличием другого судебного дела, то между этими делами должна существовать очевидная, зримая взаимосвязь. В судебной практике вывод о невозможности разрешения спора признается обоснованным, «если судом установлена совокупность таких обстоятельств, как наличие другого дела в любом суде и его связанность с делом, рассматриваемым арбитражным судом» (постановление ФАС Московского округа от 20 марта 2003 г. по делу N КГ-А40/881-03). Однако связанность двух дел между собой не является достаточным основанием для приостановления производства по одному из дел до разрешения другого, помимо этого должна быть обоснована именно приоритетность рассмотрения одного дела перед другим. В ином случае ходатайство не имеет шансов на удовлетворение, а потому его заявление бессмысленно.

Из такого толкования п. 1 ч. 1 ст. 143 АПК исходит и судебная практика: приостановление производства по указанному в этом пункте основанию не может иметь места, если не доказана необходимость рассмотрения первым того дела, в связи с которым заявлено ходатайство о приостановлении другого дела.

Как указано, например, в постановлении ФАС Московского округа от 4 августа 2004 г. по делу N КГ-А40/6370-04п, «требования об оспаривании государственной регистрации права на недвижимое имущество и требования о признании права собственности связаны между собой. Однако при этом отсутствует невозможность рассмотрения одного дела без рассмотрения другого, так как приоритета одно дело над другим не имеет. Поэтому суд апелляционной инстанции правильно отказал в удовлетворении ходатайства в связи с тем, что в данном случае имеются основания для объединения дел, а не приостановления одного из них».

Поэтому усилия стороны, использующей институт приостановления производства по делу в целях затягивания судебного процесса, направлены прежде всего на создание условий, при которых появляются весомые основания для остановки процесса. К их числу относится и возбуждение дела, которое по объективным признакам требуется рассмотреть первым.

Наиболее надежным способом добиться приостановления производства по делу является возбуждение ответчиком параллельного судебного процесса путем предъявления ответчиком к истцу такого иска, который подрывает основания ранее предъявленного иска *(124) .

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 143 АПК арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого Конституционным Судом Российской Федерации, конституционным (уставным) судом субъекта Российской Федерации, судом общей юрисдикции, арбитражным судом.

Наиболее распространенным способом обеспечить приостановление производства по делу является предъявление ответчиком иска о признании недействительной сделки, на которой основывает свои права истец. В судебной практике возбуждение дела по такому иску, как правило, рассматривается в качестве достаточного основания для приостановления производства по ранее возбужденному делу. Так, в постановлении ФАС Московского округа от 5 августа 2004 г. по делу N КГ-А40/6465-04 указано:

«Предметом рассмотрения по настоящему делу является признание недействительным зарегистрированного права собственности на недвижимое имущество, возникшего на основании договора купли-продажи от 16.07.03 г.

Таким образом, разрешение спора о правомерности регистрации права собственности на недвижимое имущество невозможно до установления законности основания приобретения этого права, в связи с чем судом первой инстанции правомерно приостановлено производство по настоящему делу до выяснения обстоятельств действительности договора купли-продажи от 16.07.03 г.».

Другой пример (постановление ФАС Московского округа от 25 ноября 2004 г. по делу N КГ-А40/10549-04).

«Вывод о праве истца на ту или иную долю в спорном доме зависит также и от действительности протокола распределения жилой площади. Таким образом, дело, в котором оспаривается протокол распределения жилой площади в спорном доме, имеет более общее значение относительно настоящего дела. В связи с этим вывод о невозможности рассмотрения настоящего дела до разрешения дела N А40-3834/046350 не противоречит закону».

Приостановление производства по делу в связи с оспариванием ответчиком в другом деле договора, на котором основывает свои права истец, может иметь место по основаниям, относящимся к недействительности как оспоримой, так и ничтожной сделки. Примером может служить подход, изложенный в постановлении ФАС Московского округа от 18 мая 2004 г. по делу N КГ-А41/3803-04П:

«Суд апелляционной инстанции, оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела письменные доказательства, пришел к заключению, что, поскольку исковые требования предъявлены на основании договора уступки требования, то рассмотрение настоящего спора следует приостановить до разрешения по существу спора по делу о признании данного договора недействительным,

Кассационной инстанцией не усматривается нарушение судом требований ст. 143 АПК РФ при вынесении обжалуемого определения.

Вместе с тем кассационная инстанция считает необходимым отметить следующее. В соответствии с разъяснениями, данными в п. 32 Постановления N 6/8 Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 1 июля 1996 г. «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», Кодекс не исключает возможность предъявления исков о признании недействительной ничтожной сделки, и споры по таким требованиям подлежат разрешению судом в общем порядке по заявлению любого заинтересованного лица. Вместе с тем ничтожная сделка является недействительной независимо от признания ее таковой судом (п. 1 ст. 166 ГК РФ).

Учитывая, что при рассмотрении настоящего спора ответчик вправе был указать основания, по которым он полагает, что договор уступки требования, на котором основывает свои права истец в настоящем деле, является ничтожной сделкой, предъявление самостоятельного иска о признании указанного договора недействительным является не чем иным, как злоупотреблением ответчиком своими процессуальными правами, что недопустимо в силу ст. 41 АПК РФ, а инициирование им самостоятельного спора по вопросу ничтожности сделки способствует затягиванию процесса по настоящему делу».

Как видно из этого примера, определение о приостановлении производства по делу до рассмотрения самостоятельного иска ответчика (которое, собственно, и являлось предметом кассационной проверки) оставлено без изменения, притом что федеральный суд сам же посчитал предъявление такого иска злоупотреблением ответчиком своими процессуальными правами.

С последним выводом трудно согласиться. Ответчик защищает свои права как может, ему некуда торопиться и он не обязан содействовать скорейшему рассмотрению дела по предъявленному к нему иску. Предъявление иска о признании недействительным договора, на основании которого к ответчику предъявлено правовое требование, является вполне законным способом защиты от иска. Ответчик, разумеется, мог бы защищаться от иска и путем возражений *(125) , поскольку полагает оспариваемый им договор ничтожной сделкой, и суд обязан был бы проверить соответствующие доводы ответчика. Но ответчик вправе выбирать и иной способ процессуальной защиты, который представляется ему более комфортным и менее опасным. Ведь если суд не согласится с его возражениями, относящимися к ничтожности договора, то процессуальные возможности для защиты ответчика окажутся исчерпанными: суд вынесет решение об удовлетворении иска, дав оценку договору как действительному. Такая же точно ситуация возникнет и в случае, если ответчик предъявит встречный иск о признании договора недействительным, а в его удовлетворении будет отказано. Ведь ответчик, имея возможность выбора средств процессуальной защиты, воспользовался своим правом защищаться от иска с помощью встречного иска; приняв встречный иск, суд предоставил ответчику возможность защиты от предъявленного к нему иска, но его встречный иск оказался необоснованным. Последующее оспаривание того же самого договора по другим основаниям хотя и не исключается полностью, но становится весьма проблематичным: ведь в этом случае суду фактически предлагается пересмотреть его же вывод о действительности договора, по которому суд уже произвел взыскание. Совершенно ясно, что в подобном случае суд сошлется на ст. 16 АПК об обязательности вступивших в законную силу судебных актов и о преюдициальном значении ранее вынесенного решения, в котором договор оценен как действительный.

Если же суд отклонит самостоятельный иск ответчика о признании договора недействительным, то в этом случае ответчик еще сохраняет шансы для борьбы: он может, например, предъявить новый иск о признании того же договора недействительным, но уже по другим основаниям, в том числе по основаниям, относящимся к недействительности оспоримой сделки. В последнем случае суду придется вновь приостанавливать производство по ранее возбужденному делу, поскольку суд не может оценивать доводы о недействительности договора по основаниям, относящимся к недействительности оспоримой сделки в деле, где соответствующий иск не заявлен. Это может быть сделано только в деле, где рассматривается такой иск, т.е. в параллельном процессе.

В соответствии с ч. 2 ст. 45 Конституции РФ каждый вправе защищать свое право всеми способами, не запрещенными законом, и высказывание судом мнения о том, какой именно из допускаемых законом способов процессуальной защиты следовало бы избрать ответчику в данном случае (возражение или иск), как представляется, выходит за пределы предмета судебной деятельности по рассмотрению кассационной жалобы на определение о приостановлении производства по делу.

Кроме того, одна лишь констатация злоупотребления без позитивной защиты от него (или, по крайней мере, без указания на способ такой защиты, который мог бы быть применен нижестоящим судом) в любом случае лишена практического смысла — ведь ответчик добился своей цели, а кассационный суд не нашел оснований к отмене определения о приостановлении производства, хотя мог поступить и иначе, отменив определение ввиду отсутствия невозможности рассмотрения дела и предложив суду оценить соответствующие доводы ответчика. И такая практика тоже имеется.

Например, в постановлении ФАС Московского округа от 19 марта 2003 г. по делу N КГ-А40/1339-03 кассационный суд указал:

«Принимая решение по настоящему делу, суд первой инстанции исходил из действительности договора, на основании которого Компания стала покупателем здания по указанному выше адресу и соответственно затем — истцом по настоящему делу, иначе бы исключалось рассмотрение данного иска и его удовлетворение судом.

Поэтому проверка данного обстоятельства (действительности либо ничтожности договора от 28.04.2000) должна входить в предмет рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции, и невозможность рассмотрения данного дела до разрешения спора, возникшего позже, чем настоящий иск, отсутствует».

Для минимизации возможностей воспрепятствовать рассмотрению дела путем возбуждения параллельного судебного процесса с последующим приостановлением производства по ранее возбужденному делу необходимо установить в законе правило о том, что все возможные возражения ответчика против иска, в том числе и связанные с оспариванием его оснований, должны быть заявлены в рассматриваемом деле, в том числе путем предъявления встречного иска; если же такой иск уже предъявлен как самостоятельный, то должно производиться обязательное объединение дел, причем независимо от наличия полного тождества лиц, участвующих в каждом из этих дел (ст. 130 АПК), от того, являются ли оба дела однородными, и от того, рассматриваются ли они в одном и том же суде или в разных судах.

Ныне существующий регламент не только не содержит такого правила, а напротив, устанавливает препятствия к совместному рассмотрению подобных дел. В силу ч. 2 ст. 130 АПК арбитражный суд первой инстанции вправе объединить несколько однородных дел, в которых участвуют одни и те же лица, в одно производство для совместного рассмотрения. Между тем дело по требованию об исполнении договора и дело по требованию о признании этого договора недействительным не являются однородными, а кроме того, лицо, инициировавшее второе дело, постарается позаботиться о том, чтобы ввести в это дело новых лиц, не участвующих в первом деле, о чем еще будет сказано ниже (см. п. 6 настоящей главы).

Поэтому трудно согласиться с мнением о том, что универсальной мерой процессуальной защиты от злоупотреблений, связанных с приостановлением производства по делу, является отказ в удовлетворении соответствующего ходатайства *(126) . Напротив, суд не имеет оснований отказать в удовлетворении обоснованного ходатайства, ссылаясь на злоупотребление процессуальным правом. Если в другом деле рассматривается иск о признании недействительной сделки, на которой основывает свои права истец в ранее возбужденном деле, то суд может отказать в удовлетворении ходатайства лишь в том случае, если недействительность сделки мотивируется обстоятельствами, относящимися к ничтожности сделки (хотя, как показывают приведенные примеры, даже и в этом случае некоторые суды полагают возможным приостанавливать производство по делу). Если же иск, подрывающий основания другого иска, мотивируется обстоятельствами, свидетельствующими о том, что сделка является оспоримой, то у суда практически нет другого выбора, как приостановить производство: ведь ответчик лишен возможности привести этот довод в качестве возражений по иску, а значит, отказ в приостановлении производства по делу до рассмотрения соответствующего иска ответчика лишал бы его права на защиту, тем более если довод о недействительности сделки является единственным доводом ответчика. Таким образом, при действующем регулировании имеются основания отказать как раз в ходатайстве об объединении дел, а вовсе не в ходатайстве о приостановлении производства по делу. Ссылка же на то, что, заявляя такое ходатайство, ответчик злоупотребляет своими процессуальными правами, неправомерна: ведь суд не может предрешать вопрос об обоснованности иска ответчика, заявленного в самостоятельном порядке и рассматриваемого в рамках другого дела, где соответствующие обстоятельства и подлежат установлению. С формальной же точки зрения такое ходатайство абсолютно корректно, а отказ в его удовлетворении может повлечь отмену решения, тем более если в другом деле сделка все же будет признана недействительной. Ясно, что в подобных случаях нужны именно регламентационные решения, обеспечивающие совместное рассмотрение дел по конкурирующим притязаниям и исключающие принятие противоположных судебных актов. Решить эту проблему с использованием категории злоупотребления процессуальными правами явно невозможно.

Для минимизации возможностей воспрепятствовать рассмотрению дела путем возбуждения параллельного судебного процесса с последующим приостановлением производства по ранее возбужденному делу необходимо установить в законе правило о том, что все возможные возражения ответчика против иска, в том числе и связанные с оспариванием его оснований, должны быть заявлены в рассматриваемом деле, в том числе путем предъявления встречного иска; если же такой иск уже предъявлен как самостоятельный, то должно производиться обязательное объединение дел, причем независимо от наличия полного тождества лиц, участвующих в каждом из этих дел (ст. 130 АПК), и от того, рассматриваются ли оба дела в одном и том же суде или в разных судах.

В связи с этим предлагается гл. 13 АПК дополнить новой ст. 130.1 следующего содержания:

» Статья 130.1. Оспаривание оснований иска

1. Основания иска в порядке, установленном соответственно статьями 131 и 132 настоящего Кодекса, могут быть оспорены ответчиком путем заявления возражений против иска, если это допускается нормами материального права, а также путем предъявления встречного иска.

Неиспользование ответчиком указанных способов оспаривания оснований предъявленного к нему иска лишает ответчика права последующего оспаривания таких оснований, в том числе путем предъявления самостоятельного иска.

2. В случае, если такой иск ответчиком предъявлен, производство по делу, возбужденному по такому иску, подлежит прекращению по основаниям, указанным в пункте 1 части 1 статьи 150 настоящего Кодекса.

3. В случае, если на рассмотрении арбитражного суда имеется дело по иску, основания которого оспорены ответчиком в ранее возбужденном деле, такие дела подлежат объединению тем арбитражным судом, который возбудил дело первым, а если это установить невозможно — тем судом, которому первым стало известно о наличии предусмотренных настоящей статьей оснований к объединению дел».

В ст. 130 АПК часть вторую после слов: «. для совместного рассмотрения» — дополнить словами: «Арбитражный суд объединяет дела также в случаях, предусмотренных абзацем вторым части 3 статьи 130.1 настоящего Кодекса».

Прекращение уголовного дела

1. Определение понятия «прекращение уголовного дела»

2. Основания прекращения уголовного дела

3. Обеспечение законности и обоснованности

прекращения уголовного дела

Правовой институт прекращения уголовно-процессуального производства прошел длительный и достаточно непростой путь своего исторического развития. Существенные изменения он претерпел в связи с принятием УПК РФ. Законодатель провел разграничение между прекращением уголовного дела и уголовного преследования, установил новые основания прекращения уголовного дела, предусмотрел частичное прекращение уголовного преследования, сформулировал правила обжалования и рассмотрения судьей жалобы на постановление о прекращении уголовного дела, внес принципиальные новшества в процессуальный порядок прекращения уголовного дела (уголовного преследования). Однако, по мнению специалистов, современная система оснований прекращения уголовного дела (уголовного преследования) оказалась незавершенной, условной. Оценивая в этой части УПК РФ, И.Л. Петрухин назвал такой подход псевдонаучным, искусственным, не имеющим никакого юридического значения и способным запутать практику [14, С. 25]. Далека от идеальной и процедура прекращения уголовно-процессуального производства, как в целом, так и в отношении конкретного лица.

Все это, несомненно, отразилось на правоприменительной практике, образовав значительное число проблем, разногласий.

В частности, существующая система оснований прекращения уголовного дела (уголовного преследования) порождает в ряде случаев их конкуренцию, правила устранения которой усвоены недостаточно четко практическими работниками.

Целый ряд вопросов возникает при прекращении уголовного дела в отношении несовершеннолетних, совершивших запрещенные уголовным законом деяния в состоянии так называемой уменьшенной возрастной вменяемости. Уголовно-процессуальный закон фактически не регламентирует для таких случаев порядок и условия прекращения уголовных дел, способы установления степени отставания несовершеннолетних в психическом развитии.

Из-за несовершенства законодательства отсутствует единство в практике прекращения уголовных дел в соответствии с примечаниями к отдельным статьям Особенной части УК РФ. На сегодняшний день правоприменение в этой сфере характеризуется наличием процессуального упрощенства, большого числа ошибок и нарушений закона. Достаточно проблемными, с точки зрения применения законодательства, являются такие условия прекращения уголовного дела (уголовного преследования), как возмещение ущерба и заглаживание вреда, причиненного преступлением, способствование раскрытию преступления. Безусловный интерес представляет анализ практики предусмотренного ст. ст. 125 и 214 УПК РФ судебного контроля за законностью и обоснованностью прекращения уголовных дел.

Исходя из этого, основная цель данной работы – изучить прекращение уголовного дела. При этом в работе раскрываются следующие вопросы:

– отразить определение понятия «прекращение уголовного дела»;

– охарактеризовать основания прекращения уголовного дела;

– рассмотреть обеспечение законности и обоснованности прекращения уголовного дела;

– сделать выводы по теме.

При написании работы была использована монографическая, учебная и периодическая литература по теме, следующих авторов: И.Л. Петрухина, О.В. Волынской, В.В, Иващенко, О.В. Мичуриной и др.

1. Определение понятия «прекращение уголовного дела»

Прекращение уголовного дела – одна из форм окончания предварительного расследования – явление, достаточно распространенное на практике. В 2008 г. органами дознания ОВД было прекращено 20086 уголовных дел, следователями ОВД – 57234. В 2008 г. органами дознания и следователями ОВД прекращено по различным нереабилитирующим основаниям соответственно 81,9% и 51,1% уголовных дел из общего числа прекращенных дел. За 2008 г. мировыми судьями прекращено производство в отношении 16,8 тыс. лиц по реабилитирующим и в отношении 230,7 тыс. лиц по нереабилитирующим основаниям. В районных судах за 12 месяцев 2008 г. с прекращением производства по делу рассмотрено 114,7 тыс. уголовных дел, что на 14,6% больше, чем в 2007 г. (100 тыс.), а судами областного звена прекращено 80 уголовных дел. Поэтому вопросы надлежащей законодательной регламентации оснований и порядка прекращения уголовного дела по-прежнему не теряют актуальности [12, С. 26].

В научной литературе под прекращением уголовного дела понимается: 1) окончание производства по уголовному делу и решение этого дела по существу без вынесения приговора [15, С. 360]; 2) прекращение дальнейшего производства по уголовному делу [18, С. 350]; 3) решение об окончании процессуальной деятельности, завершающее производство по делу [16, С. 846]; 4) решение органа дознания, следователя, прокурора либо суда об окончании процессуальной деятельности, завершающее производство по делу [17, С. 690].

Прекращение уголовного дела нельзя назвать однозначным понятием. Данный термин может рассматриваться с разных сторон: 1) в значении процессуального акта (действия); 2) как одна из форм окончания расследования; 3) как юридический факт; 4) как процессуальная гарантия против необоснованного привлечения к уголовной ответственности; 5) в качестве самостоятельного правового института.

Н.В. Жогин и Ф.Н. Фаткуллин определяют прекращение уголовных дел как процессуальный акт, выражающий решение уполномоченного на то должностного лица об отсутствии требуемых для уголовного судопроизводства предпосылок и об отказе от дальнейшего его ведения [8, С. 304]. Уголовно-процессуальный кодекс РФ не закрепляет понятие «прекращение уголовного дела». Приведенные же определения представляются обобщенными и конкретно не отражающими суть прекращения уголовного дела как такового.

Первый взгляд на словосочетание «прекращение уголовного дела» позволяет сделать вывод о том, что оно составлено из двух ключевых составляющих – терминов «прекращение» и «уголовное дело». То, что УПК РФ не содержит в ст. 5 определение понятия «прекращение», не удивительно, поскольку данное понятие не является уголовно-процессуальным термином и в данном случае, очевидно, употребляется в общепринятом его понимании. Однако отсутствие нормативного толкования термина «уголовное дело» можно считать недостатком работы законодателя при разработке уголовно-процессуального закона. Итак, при определении понятия «прекращение уголовного дела» решающее значение будет иметь правильное понимание термина «уголовное дело», ключевой частью которого будет, в свою очередь, часть вторая. «Уголовное» же лишь конкретизирует сферу, в которой существует исследуемое нами явление.

Под уголовным делом предлагается понимать дело, возбужденное в установленном законом порядке в каждом случае обнаружения преступления [19, С. 405]. Согласно п. 5 ст. 10 Модельного УПК уголовное дело – это обособленное производство, ведущееся органом уголовного преследования и судом по поводу одного или нескольких предположительно совершенных деяний, запрещенных уголовным законом.

Если обратиться к словарю русского языка С.И. Ожегова, то наиболее подходящими, как представляется, будут следующие: деятельность; судебное разбирательство, процесс; собрание документов, относящихся к какому-нибудь факту или лицу [13, С. 136]. В целом, исходя из специфики обозначенной направленности, перечисленные выше значения можно свести к двум самостоятельным группам, одна из которых будет означать именно деятельность, имеющую четко обозначенный момент ее начала, достаточно конкретную цель и поставленные задачи, субъектов, ее осуществляющих, и прочие связующие и наполняющие содержание составляющие. Вторая группа, как нам представляется, включает одно единственное значение и может быть представлена как номенклатурное дело, составленное из документов, отражающих ход событий в рамках осуществляемой по конкретному поводу деятельности.

Представляется правильной точка зрения О.В. Волынской относительно того, что анализ норм УПК РФ позволяет определить несколько значений, которые законодатель вложил в термин «уголовное дело» [5, С. 13]. Действительно, толкование таких выражений, как «разбирательство уголовного дела», «при уголовном деле», и многих других позволяет объективно судить об этом.

Можно не согласиться с мнением О.В. Волынской относительно выделения трех значений понятия «уголовное дело»: 1) юридическое производство, 2) жизненный случай, 3) совокупность документов [5, С. 15]. Понимание уголовного дела как жизненного случая охватывается двумя другими значениями. Обосновывая свою позицию, О.В. Волынская считает, что недопустимость разглашения данных предварительного следствия может быть выражена словами: недопустимость разглашения обстоятельств конкретного жизненного случая. Однако здесь же приводит и прочие интерпретации понимания недопустимости разглашения данных предварительного следствия – недопустимость разглашения порядка и сущности процессуального производства по делу; недопустимость разглашения документов, имеющихся в деле [5, С. 15]. Понятие «жизненный случай», применительно к определению понятия «уголовное дело», поглощается юридическим производством, с которым прочно связана «совокупность документов». Недопустимость разглашения данных предварительного следствия означает недопустимость разглашения результатов деятельности следственных органов, которые содержатся в документах, сопровождающих такую деятельность. Деятельность по отношению к номенклатурному делу имеет первостепенное значение, поскольку она, в свою очередь, выступает как повод ведения номенклатурного дела. Поэтому при определении понятия «прекращение уголовного дела» мы будем руководствоваться именно пониманием дела как деятельности.

При формулировании понятия «прекращение уголовного дела», немаловажное значение будет иметь то, что прекращение дела является юридическим фактом, наступление которого влечет определенные правовые последствия, связанные с прекращением правоотношений, которые возникли в связи с расследованием уголовного дела и в которые оказались вовлечены его участники. Для подозреваемого прекращение уголовного дела означает, например, снятие применявшихся в отношении его ограничений, а также право на обжалование решения. Поэтому понятие прекращения уголовного дела следует конструировать с учетом последствий, которые возникают при окончании производства по делу.

Признаки прекращения уголовного дела: 1. Прекращение уголовного дела должно быть осуществлено надлежащим субъектом, т.е. специально уполномоченным на то уголовно-процессуальным законом должностным лицом. 2. Прекращение дела направлено на достижение назначения уголовного судопроизводства. 3. Прекращение производства по делу влечет наступление правовых последствий для его участников, связанных с прекращением правоотношений, возникших в связи с осуществлением расследования по уголовному делу. 4. Прекращение дела влечет окончание ведения содержащего соответствующие процессуальные документы номенклатурного дела.

Соответственно, прекращение уголовного дела – это решение специально уполномоченных уголовно-процессуальным законом субъектов о прекращении деятельности, инициированной вынесением постановления на основании предположения достаточной степени вероятности о наличии факта совершения преступления, направленной на достижение назначения уголовного судопроизводства, влекущее правовые последствия для участников уголовного судопроизводства, а также окончание ведения содержащего соответствующие процессуальные документы номенклатурного дела.

2. Основания прекращения уголовного дела

Прекращение уголовного дела возможно тогда, когда основания для прекращения имеют отношение к производству по делу в целом (например, отсутствие события преступления). Основания для прекращения уголовного преследования либо производства по уголовному делу подразделяются на реабилитирующие и нереабилитирующие.

Право на реабилитацию возникает у подозреваемого или обвиняемого, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4–6 части первой статьи 27 УПК РФ (п. 3 ч. 2 ст. 133 УПК) [3].

По основаниям, перечисленным в ст. 24 УПК РФ уголовное дело возбуждению не подлежит, по этим же причинам уже возбужденное уголовное дело подлежит прекращению.

Статья 25 УПК РФ также предусматривает возможность принятия самостоятельного решения судом либо прокурором, а следователем и дознавателем только с согласия прокурора, на основании заявления потерпевшего или его законного представителя, прекратить уголовное дело в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред. Таким образом, в данном случае прекращение дела производством полностью зависит от волеизъявления потерпевшего или его законного представителя, т.е. от его субъективного мнения о достижении между ним и подозреваемым (обвиняемым) примирения.

Уголовное дело может быть прекращено и по основаниям, предусмотренным ст. 27 УПК РФ, но при этом необходимо помнить, что прекращение уголовного дела по амнистии и истечению сроков давности допускается лишь в случае отсутствия возражений против прекращения по этим основаниям у подозреваемого либо обвиняемого. В данном случае рекомендуется получить письменное согласие подозреваемого или обвиняемого, для обоснования принятого решения и избежания последующих противоречий.

В случае, если по уголовному делу имеется несколько обвиняемых, а основания для прекращения уголовного дела имеются в отношении одного, уголовное дело прекращается в отношении данного обвиняемого и он переходит в ранг свидетелей, если в этом есть необходимость, в отношении остальных обвиняемых уголовное дело расследуется в общем порядке.

Уголовно-процессуальным законом также предусмотрено, что суд, прокурор, а также следователь и дознаватель, с согласия прокурора, вправе, в соответствии со ст. 28 УПК РФ, прекратить уголовное дело в отношении лица, которое впервые подозревается или обвиняется в совершении преступления небольшой тяжести, в связи с деятельным раскаянием.

Деятельное раскаяние – это нравственно-психическое отношение лица к им содеянному, выразившееся в осуждении совершенного им деяния, явке с повинной, активном способствовании раскрытию преступления и возмещению вреда, причиненного в результате преступления.

Прекращение уголовного дела по обвинению в совершении преступлений иной категории по тем же основаниям возможно только в случаях, специально предусмотренных соответствующими статьями Особенной части УК РФ (например, примечания к ст. 228 УК РФ). [2]

В настоящее время развивается институт мировых судей, которые рассматривают уголовные дела о преступлениях, предусмотренных статьями 115, 116, 129 частью первой и 130 УК РФ, которые считаются делами частного обвинения. Эта категория уголовных дел (т.е. дел частного обвинения) возбуждается не иначе как по заявлению потерпевшего или его законного представителя и подлежит прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым (ч. 2 ст. 20 УПК РФ).

Уголовно-процессуальный кодекс обязывает дознавателя, следователя, прокурора или судью до прекращения уголовного дела разъяснить подозреваемому или обвиняемому (подсудимому) основания его прекращения, последствия прекращения производства по уголовному делу по тем или иным основаниям и право возражать против прекращения уголовного преследования. В случае, если лицо возражает против прекращения дела по этим основаниям, производство по делу ведется в обычном порядке.

Уголовное дело прекращается по мотивированному постановлению следователя, копия которого направляется прокурору (ст. 213 УПК РФ).

В постановлении указываются: 1) время и место его составления; 2) фамилия, инициалы и должность следователя; 3) обстоятельства, послужившие поводом и основанием к возбуждению уголовного дела; 4) результаты расследования с указанием данных о лицах, в отношении которых осуществлялось уголовное преследование; 5) пункт, часть, статья УК Российской Федерации, предусматривающие ответственность за деяние, по признакам которого было возбуждено уголовное дело; 6) применявшиеся меры пресечения (в случае их применения); 7) основания для прекращения уголовного дела со ссылкой на пункт, часть, статью УПК, предусматривающие данное основание; 8) решение об отмене: меры пресечения, ареста на имущество, корреспонденцию, временного отстранения от должности, контроля переговоров; 9) решение о вещественных доказательствах; 10) порядок обжалования данного постановления.

В случаях, когда прекращение уголовного дела допускается только при согласии обвиняемого или потерпевшего, наличие такого согласия отражается в постановлении.

Следователь вручает либо направляет копию постановления о прекращении уголовного дела лицу, в отношении которого прекращено уголовное преследование, потерпевшему, гражданскому истцу и гражданскому ответчику. Решение о прекращении уголовного дела, как и любое иное процессуальное решение, может быть обжаловано в порядке, предусмотренном ст. ст. 123–125, 214 УПК РФ, а если уголовное дело было прекращено в судебном заседании, данное решение обжалуется в порядке апелляции либо кассации (ст. 354 УПК РФ). [3]

О возможности отмены постановления о прекращении уголовного дела и возобновлении производства по делу говорится в ст. 214 УПК РФ. Данная статья предусматривает, что в случае признания постановления следователя о прекращении уголовного дела или уголовного преследования незаконным либо необоснованным, прокурор отменяет его и возобновляет производство по уголовному делу.

Если жалоба о несогласии с прекращением уголовного дела направляется в суд, в порядке ст. 125 УПК РФ, то суд может признать постановление следователя о прекращении уголовного дела незаконным или необоснованным [3]. Он выносит соответствующее решение и направляет прокурору для исполнения.

Возобновление производства по ранее прекращенному уголовному делу может иметь место лишь в том случае, если не истекли сроки давности привлечения лица к уголовной ответственности и соблюдены требования о недопустимости поворота к худшему при пересмотре судебного решения в порядке надзора (ст. 405 УПК РФ запрещает применять уголовный закон о более тяжком преступлении, отменять приговор за мягкостью назначенного наказания или иным образом ухудшать положение осужденного, кроме того, пересматривать оправдательный приговор либо постановление о прекращении уголовного дела), а также с учетом требований ст. 413 УПК РФ – основания возобновления производства по уголовному делу ввиду новых и вновь открывшихся обстоятельств.

Решение о возобновлении производства по уголовному делу доводится до сведения обвиняемого, защитника, потерпевшего, его представителя, гражданского истца, гражданского ответчика или их представителей, а также прокурора (ст. 211 УПК РФ). [3]

3. Обеспечение законности и обоснованности прекращения уголовного дела

В теории уголовного процесса и среди практических работников распространено мнение, согласно которому прекращение уголовного дела признается как результат неудачно проведенного расследования. Этим прекращение уголовного дела низводится в ранг второстепенного акта, а нередко рассматривается в качестве брака в работе. Неслучайно в статистических обзорах качества работы следователей и дознавателей одним из показателей является количество прекращенных ими уголовных дел. Негативной характеристикой считается более высокий процент прекращенных дел по сравнению со средними показателями. Соответственно, предпринимаются меры по выявлению причин и устранению подобных «негативных тенденций».

Однако прекращение уголовного дела не всегда свидетельствует о необоснованности его возбуждения. Именно так обычно рассматривают прекращение уголовного дела на практике. Особенно категоричное отношение выработалось к фактам прекращения уголовных дел по основаниям отсутствия события и состава преступления, и если намечается тенденция к увеличению доли прекращенных дел по указанным основаниям в общем числе прекращенных, то это рассматривается как серьезное снижение качества предварительного следствия и дознания.

Прекращение уголовного дела, напротив, в определенной мере устраняет вред, причиненный необоснованным возбуждением уголовного дела, и может быть следствием того, что органу предварительного расследования удалось благодаря своему опыту и мастерству внести ясность в сложные и запутанные обстоятельства дела и установить, что преступления в действительности не было, либо, к примеру, выявить данные о совершении преступления, требующие прекращения уголовного дела. Нельзя не учитывать и того обстоятельства, что на момент возбуждения некоторых уголовных дел невозможно иногда предвидеть наличие оснований прекращения уголовного дела, так как они устанавливаются в результате предварительного расследования. Сведения об уголовных делах, прекращенных в установленном законом порядке, не должны являться показателями отрицательной работы органов предварительного расследования. Неслучайно ч. 2 ст. 6 УПК РФ указывает, что уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания в той же мере отвечают назначению уголовного судопроизводства, что и отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания, реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию.

Соблюдение прав и свобод человека и гражданина при прекращении уголовного дела связано с оценкой законности и обоснованности данного решения. Законность и обоснованность – требования, которые предъявляются ко всем процессуальным решениям, в том числе и к решениям по окончании предварительного расследования. Законность и обоснованность – взаимосвязанные и взаимообусловленные свойства решения [10, С. 486], хотя и не тождественные друг другу. Это прослеживается в том, что, будучи обоснованным, процессуальное решение может быть незаконным, в силу нарушения, например, отдельных требований процессуальной формы. В то же время необоснованное процессуальное решение всегда будет незаконным, поскольку обоснованность есть требование закона.

Для обеспечения законности и обоснованности прекращения уголовного дела необходимо соблюдение следующих условий.

1. Истинность вывода о прекращении уголовного дела – это его соответствие фактам, имевшим место в действительности. Совокупность собранных дознавателем и следователем доказательств должна обусловливать принятие именно такого решения, а не какого-либо иного, иначе вывод о прекращении уголовного дела является неправильным или преждевременным. При этом надо учитывать, что истинность вывода определяет совокупность доброкачественных доказательств. Основной гарантией доброкачественности выступает допустимость доказательств. В случаях, указанных в ч. 2 ст. 75 УПК РФ, доказательства, полученные с нарушением требований закона, признаются не имеющими юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ.

2. Решая вопрос о достаточности доказательств, для вывода о невозможности продолжать расследование по уголовному делу необходимо установить основания к этому. Наличие в законе их исчерпывающего перечня и четкая формулировка (ст. ст. 24, 25, 27, 28 УПК РФ) являются важной предпосылкой законности и обоснованности решений о прекращении уголовных дел. Прекращение уголовного дела и освобождение от уголовной ответственности по основаниям, специально не предусмотренным уголовно-процессуальным и уголовным законодательством, могут принести ощутимый вред борьбе с преступностью, поскольку оставляют безнаказанным виновного, ограничивают права граждан, пострадавших от общественно опасного деяния.

3. Постановление о прекращении уголовного дела не только должно отвечать требованиям закона как по форме, так и по содержанию, но и быть мотивированным (ст. 213 УПК РФ). Если решение обоснованно, то оно не может быть немотивированным. Обоснованность – понятие более широкое, включающее в себя мотивированность как относительно самостоятельную часть. Поэтому, когда речь идет о понятии обоснованности, мотивировка как важный элемент решения отсутствовать не может. Поскольку обоснование предполагает под собой подкрепление достаточной совокупностью доказательств, то данное требование закона должно присутствовать во всех наиболее значимых решениях наряду с мотивировкой. В тех же решениях, где нет необходимости приведения доказательств, в наличии должна оставаться мотивировка. Кроме того, необходимо учитывать, что мотивировка не только является внешним выражением обоснованности, но, будучи неотъемлемой составной частью процессуальной формы правового акта, связывает обоснованность с законностью [11, С. 58].

4. Решение следователя и дознавателя о прекращении уголовного дела должно отвечать требованиям справедливости. Справедливость – это нравственная характеристика любого процессуального решения. Нравственные начала имеют большое значение в уголовном судопроизводстве, поскольку только единство правовой и нравственной сторон в процессуальном решении будет свидетельствовать о его законности и обоснованности. Юридическое выражение требования справедливости в уголовно-процессуальном законодательстве означает, что справедливость выступает в качестве не только нравственной, но и правовой гарантии [12, С. 26].

5. Уголовное дело должно прекращаться надлежащим субъектом. Право на прекращение уголовного дела на стадии предварительного расследования предоставляется органу дознания (дознавателю), следователю, прокурору. В каждом из этих случаев процессуальный порядок принятия решения имеет определенную специфику.

Орган дознания (дознаватель) вправе прекратить уголовное дело, если производство по нему отнесено законом к его компетенции и при этом производство предварительного следствия по данному уголовному делу необязательно. Иначе говоря, прекращение уголовного дела допускается лишь при производстве дознания в порядке гл. 32 УПК РФ. Орган дознания не вправе прекратить уголовное дело, если оно в силу закона требует производства предварительного следствия, даже при очевидности оснований для принятия такого решения. В этом случае полномочия органа дознания ограничиваются производством неотложных следственных действий в течение 10 суток и передачей уголовного дела следователю (ст. 157 УПК РФ). Не может орган дознания прекратить уголовное дело и в тех случаях, когда производство предварительного следствия необязательно, но прокурор признал необходимым провести по нему предварительное следствие, о чем имеется соответствующее постановление.

Следователь вправе принять решение о прекращении уголовного дела в рамках своей компетенции, определенной ст. ст. 38, 151 УПК РФ. Однако его компетенция в принятии указанного процессуального решения значительно шире, чем у органа дознания (дознавателя). Так, следователь в предусмотренных законом случаях вправе прекращать уголовные дела, по которым производится не только предварительное следствие, но и дознание.

В соответствии с п. 16 ч. 2 ст. 37 УПК РФ прокурор вправе самостоятельно прекратить производство по любому уголовному делу, а согласно п. 6 ч. 3 ст. 38 УПК РФ дать соответствующее указание следователю на прекращение уголовного дела. При этом следователь, пользуясь процессуальной самостоятельностью, может не выполнить указание прокурора о прекращении уголовного дела и обжаловать это решение вышестоящему прокурору. Вышестоящий прокурор, не согласившись с мнением следователя, не может дать указание о прекращении дела, а обязан передать уголовное дело другому следователю (ч. 4 ст. 38 УПК). Дознаватель не обладает процессуальной самостоятельностью следователя, поэтому указания прокурора о прекращении уголовного дела для него обязательны (ч. 4 ст. 41 УПК РФ).

6. Решение о прекращении уголовного дела должно быть принято в течение сроков, установленных для производства дознания (ст. 223 УПК РФ) и предварительного следствия (ст. 162 УПК РФ).

7. При прекращении уголовного дела должны быть соблюдены права и законные интересы участников уголовного судопроизводства, а именно: своевременное извещение о прекращении уголовного дела; предоставление возможности ознакомиться с его материалами; разрешение заявленных ходатайств; вручение либо направление копий постановления о прекращении уголовного дела; разъяснение права на предъявление гражданского иска в порядке гражданского судопроизводства; разъяснение права и порядка обжалования принятого решения.

Таким образом, изучив литературу по теме исследования, можно прийти к выводу, что прекращение уголовного дела представляет собой завершающий этап расследования, на котором подводятся его итоги, окончательно формулируется и выражается в процессуальных документах внутреннее убеждение следователя и дознавателя по каждому из обстоятельств дела, по каждому собранному доказательству, выявляются пробелы и противоречия в их совокупности. Сказанное в равной мере относится ко всем формам окончания предварительного расследования, однако именно при прекращении уголовного дела не только создаются условия для правильного решения дела, но оно непосредственно разрешается. Кроме того, являясь одним из «рубежных решений», препятствующих дальнейшему производству, прекращение уголовного дела играет важную роль в обеспечении прав и законных интересов личности.

Прекращение уголовного дела – это решение субъекта, в производстве которого находится уголовное дело, о завершении уголовного процесса и окончании процессуальной деятельности по конкретному уголовному делу (представляет собой одну из форм окончания предварительного расследования, без направления дел в суд).

Прекращением производства по уголовному делу в стадии предварительного расследования заканчивается значительное число уголовных дел. Однако статистические данные наглядно указывают на то, что количество и удельный вес прекращенных уголовных дел от общего числа уголовных дел, оканчиваемых производством органами расследования, за последнее время имеют тенденцию к снижению.

Прекращение уголовного преследования возможно тогда, когда прекращается производство по конкретному лицу (например, установлена его непричастность к совершению преступления), а производство по уголовному делу продолжается с целью установления виновного лица, либо, когда по уголовному делу привлекается несколько лиц, а основания для прекращения уголовного преследования относятся не ко всем обвиняемым. Прекращение уголовного дела возможно тогда, когда основания для прекращения имеют отношение к производству по делу в целом (например, отсутствие события преступления).

Основания для прекращения уголовного преследования либо производства по уголовному делу подразделяются на реабилитирующие (например, отсутствие события или состава преступления, непричастность подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления и т.п.) и нереабилитирующие (например, издание акта амнистии, смерть обвиняемого и т.п.).

Российская Федерация. Конституция (1993). Конституция РФ [Текст] // Справочно-правовая система «Консультант Плюс»: [Электронный ресурс] / Компания «Консультант плюс». Послед. Обновление 10.04.2009.

Уголовный кодекс РФ от 13 июня 1996 г. №63-ФЗ с изм. и доп. на 05.03.2009 // Справочно-правовая система «Консультант Плюс»: [Электронный ресурс] / Компания «Консультант плюс». Послед. Обновление 05.03.2009.

Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации с изм. и доп. 07.10.2009 // Справочно-правовая система «Консультант Плюс»: [Электронный ресурс] / Компания «Консультант плюс». Послед. Обновление 07.04.2009.

Барихин, А.Б. Большой юридический энциклопедический словарь [Текст] / А.Б. Барихин. – М.: Книжный мир, 2004. – С. 532–533.

Волынская, О.В. Некоторые подходы к формулированию понятия прекращение уголовного дела [Текст] / О.В. Волынская // Российский следователь. – 2006. – №3. – С. 13.

Волынская, О.В. Новое в уголовно-процессуальном законодательстве о прекращении уголовного дела [Текст] / О.В. Волынская, К.А. Квициния // Российский следователь. – 2007. – №19. – С. 24.

Денисов, С.А. Законность и обоснованность соединения и выделения уголовных дел [Текст] / С.А. Денисов. – М.: Юнити-Дана, 2004. – С. 75.

Жогин, Н.В. Предварительное следствие в уголовном процессе [Текст] / Н.В. Жогин, Ф.Н. Фаткуллин. – Изд. 2-е переизд. – М., 2005. – С. 304.

Иващенко, В.В. Определение понятия прекращение уголовного дела как формы окончания предварительного расследования по уголовным делам [Текст] / В.В. Иващенко // Общество и право. – 2009. – №2. – С. 34.

Курс советского уголовного процесса: Общая часть / под ред. А.Д. Бойкова, И.И. Карпеца. – М.: Норма-М, 2005. – С. 486.

Лупинская, П.А. Судебные решения: содержание и форма [Текст] / П.А. Лупинская // Российская юстиция. – 2001. – №11. – С. 58.

Мичурина О.В. Обеспечение законности и обоснованности прекращения уголовного дела [Текст] / О.В. Мичурина, С.Н. Переторкин // Российский следователь. – 2006. – №7. – С. 26.

Ожегов, С.И. Словарь русского языка [Текст] / С.И. Ожегов. – М., 1984. – С. 136.

Петрухин, И.Л. Концептуальные основы реформы уголовного судопроизводства [Текст] / И.Л. Петрухин // Государство и право. – 2002. – №5. – С. 25.

Энциклопедический словарь правовых знаний [Текст] / под ред. Н.Л. Туманова. Изд. 2-е переизд. – М.: Норма-М, 2005. – С. 360.

Юридическая энциклопедия [Текст] / под общ. ред. Б.Н. Топорнина. – М.: Юнити-Дана, 2001. – С. 846.

Юридическая энциклопедия [Текст] / под ред. М.Ю. Тихомирова. – М., 2007. – С. 690.

Юридический словарь [Текст] / под ред. С.Н. Братусь, Н.Д. Казанцева и др. – Изд. 2-е переизд. – М.: Дело, 2003. – С. 350.

Юридический энциклопедический словарь [Текст] / под общ. ред. В.Е. Крутских. – М.: Норма-М, 2003. – С. 405.

Смотрите так же:

  • Ст 39 упк рф комментарий Комментарий к ст. 39 УПК РФ 1. О понятии "руководитель следственного органа" см. комментарий к ст. 5 УПК. 2. На руководителя следственного органа возложена обязанность осуществления процессуального контроля за всей без исключения […]
  • Статья ук 144 часть 2 144 статья ук рсфср 144 статья ук рсфср Статья 144 УК служит одной из гарантий этих прав и свобод. В УК РСФСР была аналогичная (140(1)), которая, кроме того, в ч. 3 предусматривала угрозу применения насилия над журналистом или его близкими при […]
  • Исковое заявление в фас Арбитражная практика Уважаемые посетители нашего сайта, о наиболее интересных делах мы рассказываем в « Нашем блоге ». 1. Дело № А40-35474/2015 (Дебиторская задолженность) Пример арбитражной практики о недобросовестном Заказчике. Между ООО […]
  • Правовой режим земель земельное право Правовой режим земель промышленности (стр. 1 из 4) Министерство внутренних дел Российской Федерации Белгородский юридический институт Кафедра гражданско-правовых дисциплин Дисциплина «Земельное право» На Тему: «Правовой режим земель […]
  • 144-я статья уголовного кодекса Статья 181 УК РФ. Нарушение правил изготовления и использования государственных пробирных клейм Новая редакция Ст. 181 УК РФ 1. Несанкционированные изготовление, сбыт или использование, а равно подделка государственного пробирного клейма, […]
Комментарии запрещены.